|
Покаяние Вождя
Подробности вызывающей большой ажиотаж будущей премьеры в ЛНТ музыкальной драмы о Карлисе Улманисе Vadonis ее создатели приоткрывают не очень охотно — мол, все увидите в сентябре.
Но все же у режиссера постановки Эдмунда Фрейберга удалось выведать, что заканчивается спектакль как раз 15 мая 1934–го, когда Улманис становится диктатором, уменьшенной копией Гитлера, Муссолини, Сталина…
— Спектакль показывает всю его жизнь с детства и параллельно его реминисценции в тюрьме, самоанализ, — поведал режиссер. — Композитор Зигмарс Лиепиньш и автор либретто Каспарс Димитерс, включив творческое воображение, пытались представить, что творилось в душе этого человека в те моменты, когда он мысленно уже прощался с жизнью, — за несколько дней до смерти.
Спектакль начинается в интерьере тюремной камеры в 1942–м. Здесь присутствуют две линии: человек, прощающийся с жизнью, пытается ответить на ее главные вопросы. А другая линия — воспоминания детства, молодая мама, появляющаяся, как видение, в тюрьме. Как его совесть, его второе "Я", с которым он ведет диалог. Этот диалог пронизывает весь спектакль.
Мы показываем начало ХХ века, участие Улманиса в событиях 1905 года, эмиграцию, пребывание в Америке, обретение Латвией независимости, первые его попытки упорядочить сельское хозяйство.
Конечно, мы не можем сравнивать кризис 30–х с нынешним, но в этом материале присутствуют все экзистенциалистские проблемы того времени — и вера, и надежда, и желание быть самостоятельными, и сомнение в возможности этого… Когда актеры чувствуют, что они могут со сцены сказать зрителю что–то важное для сегодняшнего дня, у них открывается второе дыхание.
Мы приводим письмо Улманиса из тюрьмы о том, что диктатура была для него временным и вынужденным решением. Когда Латвия встанет на ноги, он предполагал вернуться к демократии. Этот диктатор хотел помочь своему народу. Он чувствовал, что Латвию разворовывают, знал, кто это делает, и, чтобы положить этому конец, осуществил переворот 15 мая. И в своих предсмертных записках сказал, что пришел к власти, желая послужить не только латышам, но и всем народам Латвии.
Автор стихотворного либретто Каспарс Димитерс еще семь лет назад задумывал что–то подобное:
— Я собирался сделать "публицистическую провокацию", напомнив, что сложная для государства и народа ситуация может и меняться с появлением сильного лидера. Конечно, в 30–х ситуация была другой. Но хотелось в хорошем смысле "шокировать" зрителя.
Лет пять назад во время Ночи музеев на улице возле Музея баррикад в Старой Риге я играл и пел свои баллады на грузовике. А потом выпрямился во весь рост и сказал, что собираюсь учредить народное движение "15 мая". Думал, как это подействует на людей, какой будет реакция. Вы представляете — никакой реакции, ни малейшей! Никто даже вопросов не задавал — может, подумали, что больной какой–то…
Время шло, и я задумывался, где же тот человек, который изменил бы нынешнее наше плачевное положение. Какие ценности у нынешних наших лидеров могут быть? Какая у них методологическая база, кто он, лидер — христианин, буддист, поклонник вуду? Сейчас же считаются очень интимным делом вопросы — в кого ты веришь, каковы твои идеалы. Прямо не спроси!
И не надо громко свидетельствовать, к примеру, что спасется только православный. Ты говори и действуй как православный. У каждого своя миссия. Я сам много ошибался в жизни, и время показывает, что нужно становиться более глубоким, более спокойным…
У поэтов есть особое чутье. Я стараюсь понимать ситуацию не только в Латвии, но и в России и в мире в целом. Многие предвидели, что будет провал в банковской системе. Но вопрос: кто скажет нашему все уменьшающемуся населению, как ему жить и действовать? Кто напомнит, что нужно вернуться к земле — ведь у многих есть свои хозяйства, а земля всегда прокормит. У нас леса есть, луга и другие угодья. Давайте как–то будем жить проще, но выживем!
Никто об этом не думает, все продолжают сидеть у телевизоров, читать эти delfi с комментариями, "Диену" — ждут, может, им что–то важное скажут…
И нет такого человека, как Улманис, который взял бы власть в свои руки и повел людей. Да, он был амбициозным, не любил конкурентов, но, при том что восемь раз становился министром, умудрился не потерять идеалы и решимость помочь людям. Я говорил с историками, которые мне очень много важного про Улманиса рассказали. В лазарете в красноводской ссылке он все передумывал и во многом каялся.
Мне очень больно, что сегодня идеалы спасения латышской нации преступные политики используют исключительно в своих корыстных целях и направляют свое оружие против других народов. Подумайте — предлогом к угнетению всех остальных 99 народов Латвии служит борьба за интересы своей нации! Где это видано!
Мне не так–то просто было бы воплотить этот сценический замысел, если бы мне не помогал автор музыки Зигмарс Лиепиньш. Он прекрасно чувствует, что НУЖНО здесь, и не раз, когда я отсылал ему свой очередной написанный фрагмент, он говорил, что это не годится, и я переделывал.
Даже сам удивлялся, что относился к этому спокойно, — видимо, повзрослел. Раньше–то я вспылил бы ужасно и полез на рожон. Ведь и драматургия, и музыка, и стихи должны были быть в согласии. Каждое слово здесь должно быть услышано.
"Вести Сегодня" № 171.
Источник: 
|
|
|