Бельгия, в которой говорят по-русски

- Переходим на латышский, - шепотом приказала Фаина.

- Но...

- Рунасим латвиски.

Язык Райниса, возможно, спас нас от крупных неприятностей. Фаина вовремя заметила группу «лиц кавказской национальности», которая только и ждала, что возле бриллиантов появятся женщины, говорящие по-русски. Туристка из России, которую сюда первым делом занесло, по их определению, лохушка, и брать ее можно голыми руками, она ведется на любые разводки. А латышского эти господа не знают, и он для них что-то загадочно-европейское, лучше не связываться.

Статус русского языка в Бельгии довольно занятный. В музеях, где можно заказать аудиоэкскурсию и купить путеводитель на английском, немецком, французском и испанском, русского текста не встретишь. Путеводители по городам на русском имеются, можно устроить себе обзорную экскурсию по Брюсселю на автобусе, но внимательно смотреть, упоминается ли среди надписей на борту русский язык. На улицах он все же звучит, и русскоязычных бельгийцы уже как-то определяют: в Генте уличный аккордеонист, даже не услышав, а только увидев меня, заиграл «Калинку».

Что касается местных жителей, золотой середины, кажется, нет - по-русски говорят или гастарбайтеры рангом пониже, горничные в отелях и строители, или аристократы по крови и духу. Именно так!

Собственно, как меня занесло в Антверпен? Пригласили друзья - очень интересная пара. Известный рижский модельер Фаина Дункер вышла замуж за настоящего аристократа и стала - ван Эббенхорст Тенгберген. Когда я познакомилась с ее супругом Маартеном, то первым делом воскликнула: «Наш человек!»

«Лишний человек» Тенгберген

Один из предков Маартена, Хендрик Тенгберген, побывал в России в начале XIX века - был майором в наполеоновской армии. И Россия как-то проскальзывала тонкой красной ниточкой в судьбе семьи: дед Маартена с маминой стороны был толстовцем, в юности жил в коллективном хозяйстве, строго придерживался вегетарианства. Отец в годы войны оказался в Польше, в трудовом лагере, копал окопы, пока его не освободила советская армия. Но ярым антикоммунистом он стал не из-за поведения красноармейцев, он был также «антикатоликом», вообще ксенофобом. В юности Маартен русской литературы не знал - разве что прочитал рассказы Чехова, и особенно ему понравилась «Свирель».

Но путь к русской литературе был непростым. Студентом Маартен изучал «социологию незападных народов», пока не понял - ему нужны не группы и классы населения, а люди, живые люди. Это было тяжелое для него время. Он бросил учебу, стал лесорубом, в свободное время много читал. В романах Тургенева он узнал себя: в героях типа «лишнего человека».

Он решил вернуться в университет, чтобы изучить русский язык, русскую культуру, и потом переводить на нидерландский такие произведения, как тургеневские, чтобы они помогли выкарабкаться таким же вдруг потерявшим себя людям, каким недавно был он сам. Учеба в Гронингенском университете сразу пошла хорошо. В его жизнь вошли Достоевский и Толстой.

- Все было безумно интересно, не только лекции по русской литературе, но даже церковнославянский язык. Потом я два года преподавал, пока не пришло время осуществить свою старую мечту - опять поселиться в лесу и переводить русскую литературу. Я много думал о ней и решил написать книгу о самых известных произведениях. Начал я ее лет двадцать назад. Работал четыре года. Сперва договорился в издательстве, что это будет маленькая книжечка на сотню страниц, главным образом с пересказом содержания. В итоге получился шестисотстраничный справочник с подробными резюме, анализами и комментариями. Я хотел передать читателям в Голландии и Бельгии свою любовь к русским классикам, которым я до сих пор благодарен, - они когда-то спасли мне жизнь и дали новую духовную родину.

«Русский клуб»

А теперь - внимание! Маартен ван Эббенхорст Тенгберген перевел на нидерландский Горького - «Детство», «В людях», «Мои университеты», Пушкина - «Пиковую даму», Гоголя - «Портрет», Лескова - «Белый орел», плюс - Чехова, Бунина, Сологуба, Гиппиус, Брюсова, Андреева, Ремизова и других. Вот уж точно - памятник себе воздвиг нерукотворный. Это не считая составления сборников русской прозы и перевода стихов: как раз при мне работал над двумя строфами из «Евгения Онегина».

В 1996 году Маартен переехал в Брюссель. Вскоре выяснилось, что в бельгийской столице есть и другие слависты. Ему рассказали про одного - по имени Конрад Фурман.

- Я недолго думая пришел к нему в офис и заговорил по-русски. Конрад сперва испугался, думая, что я русский. Потом мы договорились раз в неделю встречаться за обедом и говорить по-русски. А потом уж решили создать Русский клуб, который объединил интересующихся славистикой еврочиновников. Сейчас в клубе по спискам 96 человек, но есть и «мертвые души». Встречаемся раз в неделю за обедом, устраиваем иногда небольшие праздники, «русские вечера» с песнями и плясками, вместе ездим на экскурсии... - Маартен задумался. - Кстати, об экскурсиях! Тебе нужно встретиться с Рониным! Вот кто все знает про Антверпен!

Для чего им русский

Историк и филолог Владимир Ронин из первой волны постсоветской эмиграции. Он нашел свое место в стране - преподает, изучает историю русской диаспоры в Бельгии и Бельгийском Конго, пишет о бельгийцах в России. Настолько хорошо изучил страну, что на его экскурсии нужно записываться чуть ли не за месяц.

Что Ронин полюбил Бельгию - понятно: страна удивительно красивая, города - ухоженные, история - богатейшая, музеев - не счесть. И что удивительно: в том же Генте богатые купцы в шестнадцатом веке словно соревновались, чей дом великолепнее, там что ни фасад на набережной Лейе, то произведение искусства, о соборах уж молчу. В Риге шестнадцатого века купцы были не беднее - российский транзит в хороших руках приносит миллионы. Но где великолепная архитектура? Где красота? Куда подевались бешеные деньги?

И Маартен, и Владимир Ронин, и преподавательница Высшей школы Леонардо да Винчи Маша Масарская сходятся на одном: русская культура в Бельгии востребована, гастроли российских артистов пользуются повышенным спросом. Когда я там гостила, только и разговору было что о последнем концерте Тамары Гвердцители. Увы, ее в Бельгии мало кто знает. И не так уж далеко Париж, чтобы не собраться и не съездить на русский балет - на «Шехерезаду», реконструированный спектакль знаменитых «русских сезонов» Дягилева.

Но культура-то востребована, и есть желающие изучать русский язык, а поколение уже не то, что непременно хотело читать Достоевского в оригинале.

- Они занимаются охотно, только не хотят ничего лишнего. Если я им что-то новое предлагаю, первый вопрос - а сколько мы за это получим очков? - рассказывает Маша. Она уже много лет преподает в Брюсселе французский и русский, так что может делать выводы.

- Но для чего им русский язык?

- Они - будущие чиновники и бизнесмены. По спросу на русский можно судить о политической обстановке. Отношения между Европой и Россией улучшаются - желающих больше. Прагматики!

Праздник для здешних русских

Маша вроде и прижилась в Бельгии, а старается каждый год проводить отпуск в Сибири, в последний раз ездила на Байкал. И Катя Тарлюк, работающая в банке, будущее связывает с Бельгией, а родной Красноярск не забывает, старается не отрываться совсем от Сибири. У нее вообще интересные отношения с русской культурой. Катя в Бельгию приехала семнадцать лет назад - ребенком, вместе с мамой. И вскоре почти забыла русский. Но опомнилась, стала восстанавливать, и теперь говорит прекрасно.

Большим праздником для здешних русских стал фестиваль «Европалия-Россия». Вот уж четыре года как прошел, а до сих пор вспоминают. Кате довелось на нем поработать переводчиком - с какими людьми общалась! Даже с Сергеем Юрским подружилась.

Этот фестиваль проводится раз в два года, каждый раз посвящен другой стране, и ему уже 35 лет. В 2005-м на нем собрались эмигранты всех волн - белогвардейской, «Второй мировой», диссидентской и новой - те, что приехали недавно в поисках лучшей жизни. А вот студентов, изучающих русский язык, было немного.

Фестиваль был внушительный - длился больше трех месяцев. За это время в Брюсселе и других городах Бельгии прошло более шести сотен мероприятий - выставок, концертов, спектаклей, кинопросмотров, встреч с писателями. Обрамляли фестиваль два национальных достояния - оркестр Мариинского и балет Большого театра.

Пока мы странствовали по Генту, Лиру и Антверпену, в Брюсселе проходил фестиваль «Малиновый звон» - название само за себя говорит. Он скорее был адресован детям - проводились мастер-классы по народному танцу, по лаковой миниатюре, по карильонной музыке. Кстати, от названия бельгийского города Мелехен (по-французски Малин), европейского центра колокольного литья и колокольной музыки, и происходит наш «малиновый звон». Здешние карильонисты на весь мир славятся. Русским карильонистам Сергею Грачеву и Елене Садиной тоже было чем похвастаться - в Брюсселе звенела «Катюша».

***

...Мы сидели в очаровательном брюссельском кафе - оно в старом крытом рынке, где, как считает Маартен, раньше торговали скотом, и сохранило давнее название - Les halles de St-Gery. Действительно, простор необычайный, а наверху, в галерее, опоясывающей зал, какие-то выставки. На столе у нас огромная матрешка - ее видно издалека, и те члены Русского клуба, которые придут сюда провести вечер, не будут плутать среди столиков.

Но матрешка подманила совсем неожиданную гостью - полутора лет от роду, черноволосую и очень активную. Через несколько минут за девочкой пришел отец. Оказалось, в другом конце кафе сидит семейство курдов.

Мы решили подарить ребенку матрешку, и папа стал учить дочку вежливости. Ей следовало произнести «спас». Оказалось, что по-курдски это «спасибо».

Откуда этот немолодой курд, куда направит стопы свои? Останется в Бельгии, поедет за счастьем дальше? Но в тот вечер он выучил первое в жизни русское слово. Глядишь, и пригодится!

Далия ТРУСКИНОВСКАЯ

Источник: www.chas-daily.com